Федеральный бюджет США в июле показал цифру, которую сложно игнорировать.
Правительство собрало$334 млрд.
Потратило$766 млрд.
Разница составила$432 млрд дефицита всего за один месяц.
Это крупнейший дефицит для июля за всю историю наблюдений.
Более того, за первые десять месяцев финансового 2026 года накопленный дефицит достиг$1,799 трлн, уже превысив дефицит всего предыдущего финансового года, который составил $1,775 трлн.
Но за этой огромной цифрой скрывается еще более интересная история.
Американское правительство одновременно тратит рекордные суммы и теряет один из потенциальных источников дополнительных доходов: тарифные поступления.
И это уже вопрос не одного плохого месяца.
Это вопрос устойчивости всей бюджетной конструкции.
Сначала посмотрим на простую математику
Вот как выглядел федеральный бюджет США в июле:
Доходы: $334 млрд
Расходы: $766 млрд
Дефицит: $432 млрд
То есть на каждый доллар, который правительство собрало, оно потратило примерно$2,29.
Остальное пришлось покрывать за счет новых заимствований.
Именно здесь начинается проблема.
Если подобная разница между доходами и расходами сохраняется месяц за месяцем, государству приходится постоянно увеличивать объем долга.
А чем больше долг, тем больше будущих процентных расходов.
Получается знакомая цепочка:
дефицит → новые заимствования → больше долга → больше процентов → еще больше расходов.
Именно поэтому бюджетный дефицит нельзя рассматривать отдельно от долговой нагрузки США.
Куда уходят $766 млрд?
Самые крупные расходы июля показывают, насколько сложно Вашингтону быстро изменить эту картину.
НаMedicareпришлось около$174 млрд.
НаSocial Securityоколо$141 млрд.
На чистые процентные расходы по государственному долгу около$104 млрд.
Еще примерно$91 млрдушло на национальную оборону.
То есть только эти четыре категории потребовали около$510 млрдза один месяц.
И здесь появляется особенно неприятный момент.
Более $100 млрд ушло не на строительство инфраструктуры и не на создание новых государственных активов.
Этообслуживание уже существующего долга.
И чем выше стоимость заимствований, тем больше становится эта статья.
Проценты становятся отдельной проблемой
Представим, что государство продолжает занимать триллионы долларов.
Каждый новый выпуск Treasury приходится обслуживать.
Если процентные ставки остаются высокими, стоимость новых заимствований увеличивается.
Через несколько лет это начинает отражаться на бюджете все сильнее.
И возникает парадокс:
правительству приходится занимать деньги, чтобы финансировать дефицит, а затем тратить еще больше денег на обслуживание накопленного долга.
Это одна из причин, почему процентные расходы становятся настолько важным показателем для финансовых рынков.
Для инвестора вопрос уже не только в том, сколько США должны.
Вопрос в том:
сколько стоит обслуживать этот долг?
А теперь самое странное: тарифы ушли в минус
Еще несколько месяцев назад администрация Трампа представляла тарифы как потенциально огромный источник бюджетных доходов.
Но июльская статистика показала противоположный результат.
Чистые поступления от таможенных пошлин оказались отрицательными примерно на$8,55 млрд.
То есть государство не получило $8,55 млрд.
Оно фактически зафиксировалочистый отток.
Причина в масштабных возвратах тарифных платежей импортерам после решения Верховного суда США по emergency tariffs. Только за июль сумма возвратов составила около$33,38 млрд.
Таким образом, тарифная политика временно превратилась из потенциального источника доходов в дополнительную нагрузку на бюджет.
И это особенно важно на фоне огромного дефицита.
Но $432 млрд немного обманывают
Здесь необходимо остановиться.
Иначе цифра выглядит так, будто США просто каждый месяц тратят на $432 млрд больше, чем получают.
Это не совсем так.
Июльский показатель был существенно увеличен из-за календарного сдвига государственных выплат.
Около$99 млрд выплат, которые обычно пришлись бы на август, были произведены уже в июле, поскольку начало августа пришлось на выходной.
Если скорректировать бюджет с учетом календарных факторов, дефицит составил примерно$333 млрд.
Но даже эта цифра огромна.
Скорректированный дефицит оказался примерно на18% выше, чем годом ранее.
Поэтому календарный эффект объясняет часть рекорда, но не объясняет саму проблему.
Настоящая проблема находится дальше
Самая тревожная цифра может находиться не в июльском отчете.
Она находится в накопленном результате.
За первые десять месяцев финансового 2026 года дефицит США уже достиг$1,799 трлн.
Для сравнения, весь дефицит за финансовый 2025 год составил $1,775 трлн.
То есть США еще не закончили текущий финансовый год, а уже превысили прошлогодний результат.
До его окончания остаются два месяца.
Это намного важнее отдельного месячного рекорда.
Потому что показывает направление движения.
Почему это становится проблемой для Treasury
Чтобы покрывать дефицит, Министерству финансов приходится выпускать новые облигации.
Больше дефицит означает большее предложение Treasury.
Если инвесторы требуют более высокую доходность, стоимость заимствований для государства растет.
А затем более высокая стоимость долга постепенно передается в бюджет через процентные расходы.
Для финансового рынка возникает целая цепочка:
большой дефицит → больше выпусков Treasury → давление на доходности → выше стоимость капитала → больше процентных расходов.
Это может влиять не только на государственные финансы.
Доходности Treasury являются ориентиром для огромного количества финансовых инструментов.
Ипотека, корпоративные облигации, кредиты и оценка акций в той или иной степени зависят от стоимости денег в американской экономике.
Поэтому бюджетный дефицит в конечном итоге становится проблемой и для инвестора.
Самая неприятная часть: дефицит становится структурным
Если бы проблема возникла из-за одного чрезвычайного события, ситуация выглядела бы гораздо проще.
Но сегодня значительная часть расходов связана с постоянными обязательствами государства.
Social Security.
Medicare.
Проценты по долгу.
Оборона.
Другие социальные программы.
Это расходы, которые невозможно просто отменить одним решением.
Поэтому сокращение дефицита требует гораздо более болезненного выбора:
сокращать расходы, повышать налоги или занимать еще больше.
И каждый вариант имеет экономическую и политическую цену.
А что будет с тарифами?
Здесь ситуация тоже остается неопределенной.
После решения Верховного суда администрация Трампа пытается восстановить часть тарифной политики через другие юридические механизмы.
Но для бюджета возникает проблема.
Если тарифы снова начнут приносить значительные поступления, это может немного улучшить фискальную картину.
Однако если новые тарифы одновременно будут повышать цены для потребителей и провоцировать ответные меры торговых партнеров, экономическая стоимость такой политики может оказаться выше бюджетного дохода.
Кроме того, CBO теперь оценивает, что поступления от customs duties за весь год будут примерно на$250 млрд ниже, чем ожидалось в его первоначальном февральском прогнозе.
То есть рассчитывать на тарифы как на волшебное решение проблемы дефицита становится все сложнее.
Что это означает для доллара?
Здесь нет простого ответа.
Большой дефицит не означает автоматического падения доллара.
Американские Treasury по-прежнему обладают огромной ликвидностью, а доллар остается ключевой резервной валютой.
Но хронически высокий дефицит увеличивает зависимость США от постоянного спроса инвесторов на американский долг.
Если этот спрос остается сильным, система может функционировать.
Если же инвесторы начинают требовать значительно большую доходность за владение Treasury, стоимость финансирования государства повышается.
И тогда бюджетная проблема начинает превращаться в проблему финансового рынка.
Что это значит для трейдера?
За одним июльским дефицитом стоит несколько показателей, которые стоит отслеживать одновременно:
доходности 10-летних Treasury
Если они растут на фоне ухудшения фискальной ситуации, давление на стоимость капитала усиливается.
процентные расходы
Чем быстрее они растут, тем меньше пространства остается у бюджета для других расходов.
дефицит США
Важно смотреть не только на месячные показатели, но и на накопленный результат финансового года.
спрос на Treasury
Он показывает, насколько охотно инвесторы готовы финансировать американский бюджет.
курс доллара
Изменение доверия к американским активам в конечном итоге может отражаться на валютном рынке.
Главный вывод
Июльский дефицит в$432 млрдвыглядит шокирующе.
Но еще важнее другое.
США уже накопили$1,799 трлн дефицитаза первые десять месяцев финансового года, превысив результат всего предыдущего года.
При этом расходы растут, процентные платежи становятся все более существенными, а тарифы вместо ожидаемого стабильного источника доходов временно превратились в чистый отток из бюджета из-за масштабных возвратов.
Календарный эффект действительно увеличил июльскую цифру.
Но даже после корректировки остается дефицит примерно в$333 млрд.
Поэтому проблема не в одном неудачном месяце.
Она в математике:
США тратят значительно больше, чем собирают. Разницу приходится занимать. А обслуживание накопленного долга само становится одной из крупнейших статей расходов.
И чем дольше сохраняется такая конструкция, тем важнее для финансовых рынков становится не вопрос:
«Сколько еще может занимать США?»
А:
«Сколько инвесторы будут готовы требовать за финансирование этого дефицита?»
Что это значит для рынка?
Для трейдера американский бюджет становится все более важным макроэкономическим индикатором.
Рост дефицита способен увеличивать предложение Treasury и давление на доходности. Высокие доходности, в свою очередь, могут поддерживать доллар, повышать стоимость капитала и создавать давление на дорого оцененные активы.
Поэтому следующий важный сигнал будет не только в размере очередного дефицита.
Гораздо важнее будет смотреть,как на ухудшение фискальной картины реагируют рынок Treasury, доллар и ожидания по ставкам ФРС.
